Мастера
        Детектива

Произведения:
 

Патриция Корнвелл

   
 
 

Погоня за отцом

Вот вам яркий пример, как можно наврать с три короба, говоря одну только правду.
Сущая правда, что Вулф не имеет права раскрывать сведения, которыми располагает полиция.
Правда и то, что фразу эту произнес высокопоставленный полицейский чин. Сложите же обе
правды вместе и получите отъявленнейшую ложь.
Впрочем, это была единственная ложь, к которой прибег Вулф за четыре долгих часа,
пока Торн сидел в красном кожаном кресле и наполовину опустошил бутылку «замечательного
коньячка». А бренди было и впрямь восхитительное — однажды Вулфу предложили целых
пятьдесят зеленых за одну бутылку.
К половине второго ночи бренди уже настолько развязало Торну язык, что он совершенно
потерял ощущение времени. Да и с памятью у него вдруг стало получше — тут нам просто
повезло. Четверг он помнил даже лучше, чем пятницу, а к тому времени как они добрались до
начала той недели, Торн начал уже припоминать такие подробности, что я даже заподозрил, не
привирает ли он. Во время беседы он припомнил, что когда-то подрабатывал тем, что писал
сценарии, так что сочинять ему было не в новинку.
Впрочем, самое главное он явно не выдумал. То, ради чего Вулф так старался. Я едва не
пропустил это мимо ушей. Я сидел с ними уже больше трех часов, слушая нуднейшую
галиматью и с величайшим трудом подавляя зевки — а ведь я пил молоко, а не бренди. Торн
как раз рассказывал о том, как в понедельник они с Элинор спешили на обед и как секретарша
остановила Элинор и сказала, что опять приходил Флойд Вэнс и что ей пришлось пригрозить,
что она вызовет полицию, если он не уйдет. Секретарша добавила, что Вэнс, возможно,
поджидает Элинор в вестибюле. Элинор поблагодарила ее, и они с Торном ушли. Естественно,
Вулф поинтересовался, кто такой этот Вэнс, но Торн ничего о нем не знал, сказал, что,
возможно, это какой-то психопат, который хотел продать им для шоу какую-нибудь бредовую
идею за миллион долларов. От графоманов, по его словам, у них постоянно отбою не было.
Как я сказал, я едва не пропустил это мимо ушей. Я осознал это несколько позже,
поскольку в ту секунду мои челюсти буквально сводило от зевка в спираль. И тут я допустил
ошибку. Желая не показывать вида, что Торн проговорился, я принял слишком
непринужденную позу и перестарался. Торну-то было все равно — он так разомлел после
выпитого бренди, что не обратил бы внимания, даже если бы я вдруг начал прядать ушами и
вилять хвостом.

Рекомендуем:   

 

Спонсоры проекта:


 

   

© 2006-2009 Фонд "Литературная коллекция"