Разбитая ваза
Когда Тьюсар, бледный, мрачный, опустошенный, опустил смычок и застыл в
неподвижности, публика захлопала скорее по привычке и из вежливости.
Фокс наклонился к своему другу и тихо спросил:
– В чем дело? Он сыграл не ту вещь?
Диего мотнул головой, ничего не ответив, однако Фокс услышал, как сидящая перед ним
женщина прошептала своему спутнику:
– Ничего не понимаю. Никогда не слышала такого мертвого звука, а я-то уж всего
наслушалась. Если он будет продолжать в таком духе, было бы преступлением не остановить
его…
Тьюсар кивнул Доре Моубрей, и они начали вторую вещь. Фокс воспринимал музыку так
же, как и раньше, но спустя несколько минут он уловил легкий шум в публике. Ему вдруг стало
неудобно сидеть, захотелось по-другому скрестить ноги. Маленький господин справа
откровенно ерзал и нарочно уронил программку. После того как закончилась пьеса,
аплодисменты прозвучали еще более скупо. Фокс даже не взглянул на Диего, он просто заново
перекрестил ноги и молился, чтобы последняя вещь, за которой следовал «Обертасс»
Венявского, была короткой. Так и случилось. Реакция публики была прежней. Реакция Тьюсара
еще короче. С застывшим выражением на бледном лице он несколько мгновений стоял на
сцене, глядя прямо перед собой, затем повернулся на каблуках и зашагал прочь. Публика глухо
и нестройно загудела. Дора Моубрей, еще бледнее, чем Тьюсар, несколько секунд сидела за
роялем, затем вскочила и стремглав побежала к двери.
– Пошли, – прорычал Диего, взявшись за пальто и шляпу.
Фокс забрал свое пальто и последовал за ним по проходу.
В фойе Диего снова прорычал:
– Мне надо выпить.
Фокс кивнул, и они сошли по лестнице в бар.
Текумсе потихоньку тянул из своего стакана виски с содовой, наблюдая за тем, как
испанец опрокидывает – одну задругой – двойные порции виски; судя по выражению его лица,
к беседе он не был расположен, да и сам Фокс был смущен и не знал, что сказать. Около года
назад по настоятельной просьбе Диего он вложил две тысячи долларов в приобретение скрипки
для молодого виртуоза, который, как сказал Диего, был или мог бы стать вторым Сарасате. И
сегодня его пригласили на концерт, чтобы он своими глазами увидел триумф, в обеспечение
которого и он внес свой скромный вклад. И сейчас он испытывал не только смущение, но и
некоторое раздражение. Он не хотел идти на концерт. Он ничего не понимал в музыке. В нем не
возникло ощущения своей причастности к триумфу другого человека. Он продолжал молча
тянуть из стакана, а его приятель угрюмо пялился на пустые бутылки, стоящие на полке бара.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
147
148
149
150
151
152
|
